Краткая коллекция англтекстов

Фрэнсис Бэкон

The essayes or covnsels civill and morall /Эссе о гражданской и моральной жизни

41. OF USURY/XLI. О ростовщичестве

English Русский
Many have made witty invectives against usury. They say that it is a pity, the devil should have God's part, which is the tithe. That the usurer is the greatest Sabbath-breaker, because his plough goeth every Sunday. That the usurer is the drone, that Virgil speaketh of; Много было сказано против ростовщичества. Говорили, что не подобает отдавать дьяволу божью долю, т. е. десятину. Что никто более ростовщика не нарушает дня субботнего, так как он работает и по праздникам. Что ростовщик и есть тот трутень, о котором сказано у Вергилия:
Ignavum fucos pecus a pr?sepibus arcent. Ignavum fucos pecus a praesepibus arcent[19][8].
That the usurer breaketh the first law, that was made for mankind after the fall, which was, in sudore vultus tui comedes panem tuum; not, in sudore vultus alieni. That usurers should have orange-tawny bonnets, because they do judaize. That it is against nature for money to beget money; and the like. I say this only, that usury is a concessum propter duritiem cordis; for since there must be borrowing and lending, and men are so hard of heart, as they will not lend freely, usury must be permitted. Some others, have made suspicious and cunning propositions of banks, discovery of men's estates, and other inventions. But few have spoken of usury usefully. It is good to set before us, the incommodities and commodities of usury, that the good, may be either weighed out or called out; and warily to provide, that while we make forth to that which is better, we meet not with that which is worse. Что ростовщик нарушает первый закон, данный человечеству после грехопадения, а именно: "In sudore vultus tui comedos panern tuum", -- но не "in sudore vultus alieni"[19][9]. Что ростовщику подобает желтый колпак, ибо он жидовствует. Что противоестественно, чтобы деньги рождали деньги; и тому подобное. Я же скажу только, что ростовщичество есть "concessum propter duritiem cordis"[200], ибо раз уж должны быть на свете заимодавцы и должники, а люди столь жестокосердны, что не хотят ссужать безвозмездно, то ростовщичество должно быть дозволено. Кое-кто предлагал хитроумные предосторожности по части банков, установления несостоятельности и тому подобного. Но мало кто говорил о ростовщичестве дельно. Нам следует поэтому обозреть дурные и хорошие его стороны, дабы взвесить и отделить хорошее, и действовать осмотрительно, чтобы, стремясь к лучшему, не прийти к худшему.
The discommodities of usury are, First, that it makes fewer merchants. For were it not for this lazy trade of usury, money would not he still, but would in great part be employed upon merchandizing; which is the vena porta of wealth in a state. The second, that it makes poor merchants. For, as a farmer cannot husband his ground so well, if he sit at a great rent; so the merchant cannot drive his trade so well, if he sit at great usury. The third is incident to the other two; and that is the decay of customs of kings or states, which ebb or flow, with merchandizing. The fourth, that it bringeth the treasure of a realm, or state, into a few hands. For the usurer being at certainties, and others at uncertainties, at the end of the game, most of the money will be in the box; and ever a state flourisheth, when wealth is more equally spread. The fifth, that it beats down the price of land; for the employment of money, is chiefly either merchandizing or purchasing; and usury waylays both. The sixth, that it doth dull and damp all industries, improvements, and new inventions, wherein money would be stirring, if it were not for this slug. The last, that it is the canker and ruin of many men's estates; which, in process of time, breeds a public poverty. Дурные стороны ростовщичества следующие. Во-первых, то, что оно уменьшает число купцов. Не будь этого паразитического промысла, деньги не лежали бы втуне, а большей частью оплодотворяли торговлю, которая есть vena porta богатства страны. Во-вторых, ростовщичество обедняет купцов. Как у земледельца дела идут хуже, когда он платит большую аренду, так и у купца хуже идет торговля, если он занимает под большие проценты. Третье неудобство проистекает из первых двух и заключается в уменьшении доходов правительств и государей от таможенных пошлин, ибо доходы эти зависимы от торговли. Четвертое состоит в том, что богатства страны скопляются в немногих руках, ибо доходы ростовщика надежны, все же другие подвержены случайностям, так что в конце игры большая часть денег остается в его кубышке; а между тем для процветания страны надобно более равномерное распределение богатств. Пятое неудобство состоит в том, что ростовщичество понижает цены на землю, ибо главное применение денег заключается в купле-продаже; ростовщичество же препятствует тому и другому. Шестым является застой во всех промыслах, нововведениях и изобретениях, куда притекали бы деньги, если бы не эта помеха. И наконец, ростовщичество является губительной язвой для множества частных состояний, а это со временем истощает и самое государство.
On the other side, the commodities of usury are, first, that howsoever usury in some respect hindereth merchandizing, yet in some other it advanceth it; for it is certain that the greatest part of trade is driven by young merchants, upon borrowing at interest; so as if the usurer either call in, or keep back, his money, there will ensue, presently, a great stand of trade. The second is, that were it not for this easy borrowing upon interest, men's necessities would draw upon them a most sudden undoing; in that they would be forced to sell their means (be it lands or goods) far under foot; and so, whereas usury doth but gnaw upon them, bad markets would swallow them quite up. As for mortgaging or pawning, it will little mend the matter: for either men will not take pawns without use; or if they do, they will look precisely for the forfeiture. I remember a cruel moneyed man in the country, that would say, The devil take this usury, it keeps us from forfeitures, of mortgages and bonds. The third and last is, that it is a vanity to conceive, that there would be ordinary borrowing without profit; and it is impossible to conceive, the number of inconveniences that will ensue, if borrowing be cramped. Therefore to speak of the abolishing of usury is idle. All states have ever had it, in one kind or rate, or other. So as that opinion must be sent to Utopia. С другой стороны, ростовщичество имеет и свои выгоды. Во-первых, хотя оно кое в чем и затрудняет торговлю, зато в других отношениях благоприятствует ей, ибо известно, что торговля ведется большей частью молодыми купцами, которые берут взаймы под проценты; так что, если ростовщик возьмет свои деньги назад или откажет в них, это может повести к застою в торговле. Во-вторых, не будь возможности легко занять под проценты, люди платились бы за свои траты разорением, ибо были бы вынуждены продавать имущество (как движимое, так и недвижимое) за бесценок; ростовщичество подтачивает их состояние исподволь, а тут они сразу пошли бы ко дну. Что до ипотек, то они мало помогают против этого зла, ибо ненужных закладов никто не возьмет, а ценные всякий захочет присвоить за неуплату. Помню одного жестокосердого богача, который всегда говорил: "Черт бы побрал этих ростовщиков; они отбивают у нас все барыши от просроченных закладных". В-третьих, тщетно было бы искать охотников ссужать без процентов, а ограничение ссуд повлекло бы за собой неисчислимые неудобства. Вот почему все толки об уничтожении ростовщичества являются праздными. Всегда и всюду оно было -- не в одном, так в другом виде. Так что с этим замыслом надо отправляться в Утопию.
To speak now of the reformation, and reiglement, of usury; how the discommodities of it may be best avoided, and the commodities retained. It appears, by the balance of commodities and discommodities of usury, two things are to be reconciled. The one, that the tooth of usury be grinded, that it bite not too much; the other, that there be left open a means, to invite moneyed men to lend to the merchants, for the continuing and quickening of trade. This cannot be done, except you introduce two several sorts of usury, a less and a greater. For if you reduce usury to one low rate, it will ease the common borrower, but the merchant will be to seek for money. And it is to be noted, that the trade of merchandize, being the most lucrative, may bear usury at a good rate; other contracts not so. Поговорим лучше о том, как удержать ростовщичество в должных границах, как устранить наносимый им ущерб и сохранить выгоды. Взвесив первые и вторые, мы убедимся, что необходимы две вещи. С одной стороны, следует подпилить зубы ростовщику, дабы ослабить его хватку; с другой -- побудить денежных людей ссужать свои деньги купцам ради оживления торговли. А этого нельзя добиться, если не ввести двух различных ссудных процентов -- меньшего и большего. Ибо, если установить единый низкий процент, это облегчит долю обычного должника, зато купцу трудно будет найти где занять денег. А между тем торговля, будучи делом наиболее прибыльным, -- не то, что другие, -- может выдержать более высокий ссудный процент.
To serve both intentions, the way would be briefly thus. That there be two rates of usury: the one free, and general for all; the other under license only, to certain persons, and in certain places of merchandizing. First, therefore, let usury in general, be reduced to five in the hundred; and let that rate be proclaimed, to be free and current; and let the state shut itself out, to take any penalty for the same. This will preserve borrowing, from any general stop or dryness. This will ease infinite borrowers in the country. This will, in good part, raise the price of land, because land purchased at sixteen years' purchase will yield six in the hundred, and somewhat more; whereas this rate of interest, yields but five. This by like reason will encourage, and edge, industrious and profitable improvements; because many will rather venture in that kind, than take five in the hundred, especially having been used to greater profit. Итак, чтобы достичь обеих целей, надлежит установить два процента. Один -- доступный и общий для всех; другой -- по особому разрешению, для некоторых лиц и только в главных торговых городах. Пусть общий процент будет снижен до пяти, пусть он будет повсеместно дозволен и государственными пошлинами не облагается. Это не даст иссякнуть кредиту, облегчит долю бесчисленных должников и немало повысит цены на землю, ибо земля, которая покупается за шестнадцать лет, приносит шесть со ста и даже несколько более, тогда как такая ссуда приносит всего пять. По той же причине это поощрит промышленность и выгодные усовершенствования, так как многие скорее вложат деньги во что-либо подобное, нежели согласятся ссужать из пяти процентов, особенно привыкнув получать больше.
Secondly, let there be certain persons licensed, to lend to known merchants, upon usury at a higher rate; and let it be with the cautions following. Let the rate be, even with the merchant himself, somewhat more easy than that he used formerly to pay; for by that means, all borrowers, shall have some ease by this reformation, be he merchant, or whosoever. Let it be no bank or common stock, but every man be master of his own money. Not that I altogether mislike banks, but they will hardly be brooked, in regard of certain suspicions. Let the state be answered some small matter for the license, and the rest left to the lender; for if the abatement be but small, it will no whit discourage the lender. For he, for example, that took before ten or nine in the hundred, will sooner descend to eight in the hundred than give over his trade of usury, and go from certain gains, to gains of hazard. Let these licensed lenders be in number indefinite, but restrained to certain principal cities and towns of merchandizing; for then they will be hardly able to color other men's moneys in the country: so as the license of nine will not suck away the current rate of five; for no man will send his moneys far off, nor put them into unknown hands. Далее, пусть некоторым лицам будет дозволено ссужать известных купцов под больший процент, но с соблюдением следующих предосторожностей. Пусть и этот процент для купцов будет несколько ниже того, что им приходилось платить ранее, ибо тогда преобразование принесет облегчение всем должникам, будь то купец или кто другой. Пусть не будет банка и общей кассы, но пусть каждый сам распоряжается своими деньгами. Не то, чтобы я совсем не признавал банков, но их вряд ли будут терпеть, ибо доверия к ним нет. Пусть государство требует себе небольшую долю за предоставляемое разрешение, а остальное идет заимодавцу. Ибо, если процент будет снижен незначительно, это ничуть его не охладит. Кто раньше брал десять или девять процентов, тот скорее удовольствуется восемью, нежели вовсе откажется от ростовщичества и верным прибылям предпочтет неверные. Число таких разрешений нет надобности определять заранее; но выдавать их следует лишь в наиболее крупных торговых городах, ибо тогда они едва ли окажут действие на ссудный процент по всей стране; и разрешение взимать девять процентов не уничтожит общей нормы в пять процентов, ибо никто не станет одалживать своих денег далеко или в неизвестные руки.
If it be objected that this doth in a sort authorize usury, which before, was in some places but permissive; the answer is, that it is better to mitigate usury, by declaration, than to suffer it to rage, by connivance. Если кто возразит, что это явится как бы поощрением ростовщичества, которое сейчас в иных местах едва терпят, то мы ответим, что лучше умерить ростовщичество, признав его открыто, нежели дать ему полную волю, потворствуя ему втайне.

К началу страницы

Титульный лист

Граммтаблицы | Тексты